Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:
Новости Северодвинска и Архангельской области

«Северодвинцы не мыслят периодами изготовления башмака»

17.06.2015
Изменить размер шрифта
 «Я помню чудное мгновенье». Книгу с таким названием, изданную в Архангельске, Игорь Орлов подарил главному редактору «Вечерки» Вячеславу Белоусову. Фото  Владимира  Ларионова-мл.

Нужна ли Северодвинску компакт-верфь, что будет с мэром Михаилом Гмыриным и почему в правительстве Орлова много «своих»? И.о. губернатора Архангельской области рассказал об этом журналистам «Вечерки».

Задать вопрос Игорю Орлову захотели коллеги и из других изданий «Северной недели». Так что идеально стройной схемы разговора журналистов с главным по Архангельской области не получилось – очень разные у всех у нас интересы. В данном случае, думаю, это нормально.

Думать дали три часа
О предвыборной программе, планах и перспективах Орлов предложил не говорить. Пьем, мол, чай и душевно беседуем. Но ничего не вышло. Ведь разговор о Северодвинске – это всегда разговор о планах и перспективах, какими бы загадочными они ни были.

- Игорь Анатольевич, когда вы работали на «Звездочке», могли подумать, что станете губернатором Архангельской области?

- И предположить не мог, что жизнь бросит меня в политику.

- Правда ли, что три с половиной года назад ваша кандидатура на пост губернатора всплыла в администрации президента после опроса нашей общественности и региональной элиты? Люди сами назвали ваше имя?

- Да, правда. Я всей кухни не знаю, но опрос был, это факт. Конечно, для меня это стало неожиданностью. Более того, когда мне впервые позвонили из администрации президента и попросили приехать поговорить, я, сославшись на занятость, отказался. В то время в Калининграде, где я работал, проходили очень тяжелые переговоры с BMW на предмет строительства их нового производства. Потом из Москвы мне сообщили, что нужно приехать, поскольку речь пойдет об экспертной оценке ряда решений в области судостроения. Не скрою, я рассчитывал в эту сферу вернуться. В общем, почти обманом завлекли в Москву и думать дали целых три часа.

- Вы считаете, что регионом должен управлять местный кадр? Или без разницы?

- Жизнь сама доказала, что местный. Некое внешнее управление таким регионом, как Архангельская область, себя не оправдало. Так что в этом плане я чувствую себя абсолютно спокойно - все-таки двадцать четыре года на Севере. А для Северодвинска я по-особенному свой, как и он для меня.

- В вашей губернаторской команде было и есть много северодвинцев. Вот и последнее назначение – на пост министра культуры Вероники Яничек – было «северодвинским». Она, оказывается, из нашего города. Это случайно так получается?

- Да, много северодвинцев. Нет, не случайность. Меня устраивает то, что по ряду важных направлений в правительстве работают именно они. Дело в том, что северодвинцы не мыслят периодами изготовления башмака. Башмак можно сделать за какую-то часть рабочей смены. Они мыслят периодами на пять лет, семь лет, десять. Поэтому с ними хорошо идти в далекий путь.

- Вы, Игорь Анатольевич, стояли у руля темы военно-технического сотрудничества (ВТС) на северодвинской «Звездочке». И в те годы иностранных, в основном индийских, заказов у предприятия было предостаточно. Сейчас их нет, хоть и обещаны. Статус губернатора позволяет влиять на привлечение иностранных заказов?

- Система ВТС - это система международных отношений. Ни «Звездочка», ни Севмаш, ни любое другое предприятие не могут решать вопросы с иностранными заказами самостоятельно. Губернатор относится к высшим должностным лицам государства, то есть является вовлеченным и в процесс международного сотрудничества. Я осведомлен о перспективах данной сферы на ближайшие четыре-пять лет и о том, какие еще стратегические задачи могут здесь появиться. В том числе с возможностью сориентировать эти задачи на наши предприятия. Но ничего конкретного сказать сейчас, увы, не могу - это гостайна. Одно могу сказать точно – заказы будут.

- Ну хотя бы возможные страны-партнеры можете назвать?

- Честно говоря, не считаю возможным говорить об этом, пока устные договоренности не обретут конкретные очертания и не выйдут в публичную сферу в виде соглашений. Да и вопрос межрегиональной конкуренции никуда не делся. Когда появляется хорошая работа, любой приспособленный регион может предложить лучшие, более выгодные условия. Не хочется раскрывать карты, какой бы сферы деятельности это ни касалось.

- Оборонные предприятия Северодвинска предлагают создать единую верфь. Как вы к этому относитесь?

- Считаю, что это не очень интересное и своевременное предложение. Где люди? Сегодня на Севмаше и «Звездочке» не хватает, по самым скромным оценкам, трех тысяч человек. Для того чтобы запустить компакт-верфь, потребуется не менее тысячи. Да и по большому счету, задача эта не уровня северодвинских верфей. Северодвинску нужно создавать что-то масштабное, уникальное, чего другие не могут. Программу госзаказа продлили до 2022 года, но и он не за горами. Вот это действительно проблема, вызов.

- Тогда об уже существующем проекте. Год назад президент дал поручение провести модернизацию железнодорожного моста через Никольское устье – ягринского моста. Почему об этом ничего не слышно?

- Мост – это инвестиция в 2,6 миллиарда рублей, это огромные деньги. Мы прошли путь, связанный с доказательством необходимости этого ремонта. Есть соответствующее поручение президента. Вопрос сейчас  в источниках финансирования. Их два - Росавтодор и деньги по линии моногорода. Но есть такой нюанс: с приходом в администрацию президента новой команды пересмотрели и идеологию работы с моногородами. В том смысле, что поменялись приоритеты финансирования. Но мы с этого моста никуда не денемся, мы им занимаемся, только времени теперь потребуется побольше. Можно было бы начать делать его своими силами за семь лет, а не за два года. Но вы ведь меня растерзаете за это, правда?

Я говорю:«У вас воруют...»
- Игорь Анатольевич, а вообще, в вас часто «стреляют»? Скандалы, интриги, расследования, обвинения, возможно, откровенная тупая ложь?

- Мне тупую информацию, с гадостями, на стол уже не кладут, я запретил. Потому что я человек и я расстраиваюсь, а это мешает работать. То обвинят в отстаивании интересов «Илима» (Группа «Илим», крупнейшая компания отечественной целлюлозно-бумажной промышленности, владеет Котласским ЦБК. - Авт.), то я продался Крупчаку (один из совладельцев Архангельского ЦБК. - Авт.), то работаю на Буторина (лесопромышленник из Устьянского района. - Авт.), то на Вельскую птицефабрику. Как сейчас объяснят приход в регион крупного инвестора - АФК «Система», мне даже подумать страшно. Наверное, что работаю теперь еще и на Евтушенкова. Что сделаешь - издержки губернаторской работы. Да, если в ближайшие два-три месяца все пойдет по намеченному пути и все готовящиеся документы будут подписаны, в Северодвинске появится еще один крупный завод.

- Это тоже пока секрет?

- Давайте так: производство будет работать на весь регион. По ряду важных отраслей мы сильно зависимы от других областей России. Я не против соседей, мы одна страна, но какие-то вещи мы обязаны уметь делать самостоятельно.

- В таком случае, Игорь Анатольевич, как вы оцениваете финансовое состояние Архангельской области? Не слишком ли велик региональный долг?

- Не слишком. Минфин считает нас твердым середнячком, что неплохо. Я принял регион с депрессивной экономикой. Мы снижали доходы. Долг перед коммерческими банками составлял девяносто (!) процентов в системе всех долгов области. При этом нам нужно было выполнить майские указы президента.

Было тяжко – не то слово. С некоторыми банками невозможно было разговаривать. «Должны? Платите!» Плюс нужно было отрегулировать систему внутренних трат. Сейчас они возможны исключительно с согласия областного Собрания депутатов. Мы сделали понятный и прозрачный бюджет.

- Ну а на чем экономим-то сейчас?

- На сорок процентов сократили потребление привозного топлива. А цель стоит - на все сто. Покупать уголь и мазут дорого и неэффективно - только биотопливо и газ. Мы работаем по налогам с крупными добывающими компаниями. Получилось решить вопрос с замещением коммерческих кредитов. В 2015 году мы должны были занять у банков 2,6 миллиарда, а делать этого не стали. Банки, извиняюсь, выпали в осадок. Но у нас по итогам первого квартала бюджет профицитный.

Еще мы нашли такую систему взаимодействия с Минфином, при которой появилась возможность затаскивать в область чуть больше денег, чем было положено, и никому при этом не вредить. Так что чистый рынок на регион уже не давит. Сейчас область больше всего должна государству. А куда оно от наших проблем денется?

- На льготах отдельным категориям граждан тоже удалось сэкономить?

- О льготах разговор особый. В консолидированном региональном бюджете в 70 миллиардов рублей на оплату социальных льгот разным категориям наших жителей уходит девять миллиардов. Да, правительство предлагало эту цифру сократить. Помните, широко и бурно обсуждалась тема ветеранских льгот? Компенсация для семей, где ребенок не посещает детский сад? Здесь я рассуждал и буду рассуждать как технократ: не все, кто получает бюджетные деньги, их, по большому счету, заслужили.

- Семьи с детьми не заслужили? Или ветераны Архангельской области?

- На теме компенсации семьям, где ребенок не посещает детский сад, «Справедливая Россия» пропиарилась по полной программе. Было заявлено, что на компенсацию в две тысячи рублей понадобится 80 миллионов рублей в год. В итоге вышло более 400 миллионов. Просто в очередь на садик встали все, кто и не собирался этого делать. Все коношские цыгане в ней оказались. Компенсацию из бюджета получили даже те, кто сознательно водит детишек в коммерческие сады за 15 и более тысяч рублей в месяц. Так что 400 миллионов в прошлом году мы потратили на льготы, а 570 миллионов на строительство новых детских садов. Скажите, это нормально по отношению к людям, которые доверили мне общий бюджет? По-моему, не очень.

То же касается и ветеранов труда Архангельской области. В свое время правильно принятое решение обернулось абсолютно несправедливой системой распределения финансовой помощи. Ее получали те, кто родился и всю жизнь работал на Севере, ее получали и те, кто приехал сюда относительно недавно. Когда я понял, что не могу это объяснить, я снял вопрос с повестки дня. Тогда правительство инициировало изменения в закон о статусе ветерана Архангельской области. Теперь мы помогаем северянам, которые реально и долго работали на благо области. Плюс появилось требование об отсутствии уголовной судимости. По-моему, это справедливо.

- Справедливо ли то, что депутаты Облсобрания который уж раз отклоняют закон о статусе детей войны? Отчасти инициатива этого законопроекта принадлежит организации «Дети войны Молотовска». Можете объяснить?

- Данный законопроект также вносила «Справедливая Россия». Правда, в отличие от критиков позиции депутатов по этому вопросу, я документ читал. Как вы думаете, что предлагают нашим детям войны? По сути, людям, которым нужна реальная помощь, просто предлагали выдать удостоверение и значок. Это очередная попса, как две тысячи на детский сад. То есть в очередной раз решается политическая задача, не более. Я уж не говорю о том, что в первом варианте законопроект вообще был внесен на рассмотрение в антиконституционном виде.

- Выходит, дополнительной финансовой поддержки детям Великой Отечественной войны он не предусматривает?

- Я бы сказал, что даже наоборот. Дети войны - это люди довольно почтенного возраста. По таким гражданам уже принят ряд замечательных решений: льготы на транспорте, льготы в ЖКХ, в медицине. Средний уровень ежемесячных трат на одного такого человека – полторы тысячи рублей. Инициаторы законопроекта предложили выплачивать им тысячу. Но в соответствии с действующим законодательством, как только мы даем эту тысячу, мы автоматически отбираем у людей эти полторы. Потому что льготы нельзя дублировать. Словом, ради чего весь этот шум-гам? Я в этом не участвую – глупость не поддерживаю. С другой стороны, правительство совершенно не против желания детей войны обрести статус, документы и знак отличия. Мы предложили создать региональное общественное движение «Дети войны» и через грантовую поддержку выделить средства на атрибутику.

За Михаила Аркадьевича нужно бы побороться
- Игорь Анатольевич, вопрос, который волнует очень многих в нашем городе: что будет с мэром Михаилом Гмыриным после заведенного на него уголовного дела? Чем, по-вашему, все закончится? Будет ли отставка?

- Безусловно, правоохранительные органы имели некие основания возбудить уголовное дело. Существует процедура, определенные законные шаги, без которых это было бы невозможно. Сейчас следствию нужно время и возможность разобраться, отработать все представленные факты. Ведь одно дело - начальный набор документов, и совсем другое дело - набор документов, возникший при расследовании. Исходя из того, что в деле уже обозначено, я делаю вывод: за Михаила Аркадьевича нужно бы побороться.

- Вы сомневаетесь в виновности Михаила Аркадьевича?

- Поверьте, это настолько сложный вопрос. Я подписываю в день, если не считать писем, два-три десятка нормативных документов. До этого все они проходят процедуру согласования с другими ответственными лицами администрации и без их подписей попасть ко мне на стол не могут. Без юридической службы это вообще невозможно. Понимаю, была бы такая ситуация: Гмырин пишет, мол, несмотря ни на что, приказываю согласовать и подписать такое-то незаконное решение! Это да, это стопроцентное нарушение. Но если документ прошел все этапы своего рождения, мэру можно предъявить то, что взял на работу некомпетентного человека. Но видеть в этом сразу злой умысел? Я отношусь к этому очень критично. Очень надеюсь, что все эти нюансы будут учтены.

Смотрите: в Архангельске около тысячи восьмисот предъявленных мэру судебных решений, в Няндоме – четыреста, в Котласе – более двухсот, в Северодвинске и Новодвинске - около сотни. Формально вроде бы есть все основания для снятия мэров с должности. Однако это говорит и о том, что система власти сейчас выстроена с перекосами. Пример: существует судебное решение, по которому я должен обеспечить строительство моста в сторону Мезени. Абсолютно правильное! Это ведь вопрос конституционного права гражданина на свободное передвижение. Можно ли его выполнить? Точно нет. Тринадцать миллиардов мост стоит. Поэтому адекватность предъявляемых претензий не всегда стыкуется с возможностью их реализовать. И если уж говорить совсем открыто, каждый чиновник в России - уже уголовник. Я варюсь в этом котле три с половиной года, поэтому могу рассуждать об этом легко и убедительно.

- Но отставка Гмырина все-таки будет?

- Именно сейчас я не готов говорить об отставке, о каких-то новых кандидатурах. Нужно внимательно разобраться и определиться со степенью ответственности человека. Я могу говорить одно: дай бог здоровья. Но я, знаете, из-за чего переживаю? Чтобы в таком сложном городе, как Северодвинск, следственный процесс не затянулся. Временные люди, тем более безвластие, здесь опасны. Поэтому я попросил следствие как можно скорее разобраться во всем этом. Мне кажется, что меня поняли.

- Игорь Анатольевич, на днях пришла еще одна потрясающая новость. В Архангельске арестован скандально известный редактор газеты «Правда Северо-Запада» Азовский. Якобы в его рабочем кабинете нашли наркотики. Этот момент почему-то связывают с будущими губернаторскими выборами. Что думаете?

- Честно говоря, Азовский мне неинтересен. Если человек выходит за рамки порядочного поведения в публичной сфере, он перестает быть для меня интересным. Поэтому не слежу, не знаю, хотя мне об этом, конечно же, сообщили.

- Вопрос, уместный в Год литературы. В Верхнетоемском районе регулярно проводится поэтический фестиваль имени Ольги Фокиной. Емецк помнит и чествует своего земляка, писателя Николая Рубцова. В Коношском районе открыт дом-музей Иосифа Бродского. Эти, безусловно, талантливые люди в Архангельской области жили не долго. Фокина и Рубцов уехали на Вологодчину. А ведь у нас жил и работал человек, которого известные литераторы называли классиком при жизни, – Александр Росков. Нельзя ли как-то способствовать популяризации его творчества на официальном, областном уровне?

- Я согласен с вами, но это наша совместная задача – возвращать великие имена на территорию региона. Это задача ведь не только власти, а общества в целом. Я же не приеду в Северодвинск, Архангельск после этого разговора и не скажу людям: «Завтра мы любим Роскова. Начинайте»… Это никто не воспримет. Но могу от себя лично с ходу дать идею: давайте мы в рамках премии имени Ломоносова сделаем литературную премию. Только нужно подготовить и представить нужные документы.

*      *      *

На сем литературная тема не иссякла. Орлов, как человек культурный, в гости приехал не с пустыми руками – с книгой «Я помню чудное мгновенье». Директор Архангельского литературного музея Борис Егоров издал ее, разумеется, не без помощи областной власти, ради популяризации творчества Пушкина. Одно стихотворение на двухстах десяти языках. Уникальная, в общем-то, книжка.

Наталья КОЛОГРЕЕВА

         
     
 

Система Orphus
Обращаем ваше внимание, что в комментариях запрещены грубости и оскорбления. Комментатор несёт полную самостоятельную ответственность за содержание своего комментария.





Возрастное ограничение











Правозащита
Совет депутатов Северодвинска

Красноярский рабочий